Практически с момента своего учреждения в 2001 году Шанхайская организация сотрудничества (ШОС или Организация) была призвана стать одним из действенных механизмов взаимодействия Москвы со странами Азии и Востока в целом и одним из важнейших инструментов реализации «восточных» интересов России. Особенно с учетом того, что в последние годы отношения Москвы с США и рядом стран Европы заметно ухудшились, если не сказать больше – практически свелись к нулю. В этой связи совсем неудивительно, что среди стратегических интересов России особую роль играет как раз повышение международного влияния и авторитета ШОС.

После 2014 года, когда Крым добровольно присоединился к России, в мире стали активно говорить о «повороте на Восток» во внешней политике России. Однако стоит заметить, что этот поворот на самом деле являлся стратегическим выбором Москвы, который был сделан еще до введения экономических санкций Запада из-за Крыма. Причем этот поворот стал возможен в немалой степени именно благодаря расширению потенциала ШОС.   

При этом динамику внешнеполитического курса России, и, прежде всего, тех его направлений, которые обусловили усиление ее «восточного» вектора, можно наглядно проследить по Концепциям внешней политики страны, которые за время существования ШОС принимались три раза: в 2008, 2013 и 2016 годах. Внимание, которое уделяется Организации в этих документах, наглядно свидетельствует, что ШОС является важным звеном современных международных отношений, где центр мирового развития постепенно смещается в сторону Тихоокеанского региона, в котором все более весомую роль играет КНР. И в этой связи лидирующие позиции в ШОС Москвы и Пекина вполне объяснимы и оправданы. У России – мощная военная сила, у Китая – постоянно растущий экономический потенциал.

Если взять географию зарубежных поездок президента России за последние годы, то наглядно вырисовывается значение, которое уделяется ШОС в реализации внешней политики Москвы. Статистика зарубежных визитов российского лидера за последние десять лет подтверждает выявленную ранее тенденцию о «развороте» России в сторону Востока и о растущей роли Организации не только в регионе, но и во всем мире. 

Необходимо отметить, что в 2016 году потенциал ШОС оказался очень востребован в рамках совершенно нового интеграционного проекта на пространстве Евразии, идея которого была озвучена на Петербургском международном экономическом форуме. На нем президент России Владимир Путин предложил создать Большое евразийское партнерство (БЕП) с участием государств — членов ШОС, стран Евразийского экономического союза (ЕАЭС), СНГ, Ирана и ряда других государств. Работу данного партнерства предлагается нацелить на выстраивание нового формата международного сотрудничества в Евразии с поддержкой идеи сопряжения евразийской интеграции и китайской международной инициативы «Один пояс – один путь» (ИПП).

В предлагаемом Россией сценарии создания новой интеграционной структуры в Евразии выделяется, и новая функция ШОС, а именно — ей предлагается выступить в качестве связующего звена между ИПП и ЕАЭС. Не секрет, что в данном случае Москва преследует свои геополитические цели, стараясь выровнять асимметрию экономических возможностей Москвы и Пекина в странах Центральной Азии, а также сохранить этот регион как сферу традиционного влияния России, не нанеся при этом ущерба общим процессам евразийской интеграции.

В настоящее время одним из главных вызовов для Организации является формирование новых направлений развития в условиях сложной обстановки в мире в целом. После присоединения в 2017 году к ШОС Индии и Пакистана совокупная мощь и влияние Организации значительно усилились, что позволяет ставить перед ней более амбициозные цели и задачи. В этой связи в рамках ШОС начал формироваться новый вектор развития, в котором теперь уже восьмерке стран (Индия, Казахстан, Киргизия, Пакистан, Китай, Россия, Узбекистан и Таджикистан) предстоит выступать в качестве одной из структурообразующих основ и ключевого элемента нового миропорядка в первую очередь в Евразии.

При этом практика деятельности организации показала, что ШОС соответствует геополитическим интересам ее членов, безусловно, и России, таким как: ослабление американского влияния в регионе, создание современной организацией нового типа, строительство многополярного мира. И на этом направлении главенствующая роль отводится России, Китаю и Индии – крупнейшим странам Организации.

В связи с распространением в мире эпидемии COVID-19 уже в первом квартале 2020 года – года председательства России в ШОС  – Организация стала изучать предложения по быстрому реагированию на вспышки инфекционных заболеваний. Несмотря на то, что в условиях пандемии коронавируса в 2020 году ряд мероприятий ШОС был отложен или совсем отменен, существующие механизмы сотрудничества позволили продолжать проведение заседаний в формате видеоконференции. Московский саммит Организации в ноябре минувшего года, прошедший в онлайн-режиме – наглядное тому подтверждение. Новые векторы развития ШОС демонстрируют, что Организация способна быстро адаптироваться к новым условиям меняющегося мира, ее участие в новых форматах взаимодействия является востребованным среди стран евразийского континента.

В заключение необходимо подчеркнуть, что посредством участия России в работе ШОС осуществляется продвижение и защита ее интересов в регионе Центральной Азии и на Востоке в целом. Организация позволяет укрепить территориальную целостность России, а также развивать относительно отсталые и нестабильные районы страны, играя роль стабилизирующего фактора на пространстве Евразии и выступая в качестве буфера для возможных угроз со стороны стран Ближнего Востока и Южной Азии. К тому же лидерство России и Китая в ШОС повышает роль Москвы в глобальном мире и подтверждает ее статус трансрегиональной державы.