Несмотря на всю конфиденциальность переговоров, состоявшихся между президентом Путиным и его турецким коллегой Эрдоганом 29 сентября в Сочи, кое-что все же просочилось в СМИ, об остальном можно лишь догадываться.

Если отбросить взаимные дежурные комплементы протокольного характера типа важности для обеих стран газопровода «Турецкий поток», строящейся АЭС «Аккую», благодарности Эрдогана за помощь России в борьбе с лесными пожарами и поставках ЗРК «С-400», упоминание о взаимодействии РФ с Турцией в Сирии, Ливии, Нагорном Карабахе, то можно сделать следующие выводы.

Насколько успешным для России является сотрудничество с Турцией сказать пока затруднительно, как говорят в таких случаях, - время покажет.  Вполне очевидно, что Анкара имеет от этого прямую экономическую и политическую выгоду, укрепляет свои позиции в ряде интересующих ее стран и регионов.

В Сирии под предлогом борьбы с терроризмом турки оккупировали значительные территории на севере и северо-западе, провели там несколько карательных операций против сирийских курдов и создают альтернативные Асаду органы местной власти и армию. В Ливии - поддержали протурецкое правительство Сарраджа и, по сути, помогли нанести поражение пророссийски настроенной вооруженной оппозиции маршала Хафтара. На Южном Кавказе стали не только проводником экспансии НАТО на Восток и основным союзником Азербайджана в очередном вооруженном конфликте с Арменией, но и смогли добиться своего участия в мониторинге за соблюдением режима прекращения огня в Нагорном Карабахе.

 В целом, Эрдоган довольно успешно реализует исламистские и пантюркистские взгляды и идеи правящей Партии справедливости и развития (ПСР) на всем пространстве бывшей Османской империи, в том числе на Балканах и в постсоветских государствах (Грузия, Азербайджан, Центральная Азия). Развивается политическое, военное и военно-техническое сотрудничество Анкары и с Киевом.

Многие эксперты связывают визит Эрдогана в РФ с обострением ситуации в сирийской провинции Идлиб. Действительно, после состоявшегося накануне визита Башара Асада в Москву на линии разведения сторон в Сирии активизировались перестрелки с применением артиллерии и беспилотников. Сирийские ВВС (возможно и российские ВКС) наносили ракетно-бомбовые удары по объектам и базам антиправительственных сил. Анкара не исключила подготовку очередного наступления армии Асада и его иранских союзников на этом направлении и в срочном порядке перебросила к турецко-сирийской границе дополнительный контингент своих механизированных войск.

Основания для беспокойства у Эрдогана действительно были. Не исключено, что после вывода войск США и НАТО из Афганистана у Асада и его партнеров (Иран, РФ) появилась надежда, что вскоре американские войска уйдут и с северо-востока Сирии, оставив на произвол судьбы курдскую автономию «Рожава» и неподконтрольные Дамаску арабские племена Заевфратья. В таком случае, проасадовские силы рассчитывали силой восстановить свой контроль над месторождениями нефти и газа в этом районе и разоружить курдских ополченцев. Эрдоган тоже хотел бы войти своими войсками или их сателлитами из числа вооруженной сирийской оппозиции на Восточный берег реки Евфрат и разоружить курдов.

Не случайно МИД САР на Генассамблеи ООН вновь потребовал вывода всех иностранных войск из Сирии, которые находятся в ней без соответствующего разрешения властей (ВС США и Турции). Такой точки зрения придерживаются в Москве и Тегеране. Иранские аятоллы оказывают давление на Асада и инициируют продолжение наступления на силы оппозиции и радикальные исламистские группировки в Идлибе.

Судя по всему, Эрдогану и на этот раз удалось убедить Путина в том, что эскалация вооруженного конфликта в Идлибе и вокруг него не отвечает интересам России. По мнению Анкары, масштабные боевые действия, новые потоки беженцев могут лишь дестабилизировать ситуацию в регионе. Скорее всего, сирийский конфликт будет вновь заморожен и сохранится сложившееся «статус-кво»: три враждебных анклава (проиранский-асадовский, протурецкий-оппозиционный и проамериканский-курдско-арабский). Косвенным подтверждением такого исхода встречи в Сочи служит начавшийся отвод турецких войск от турецко-сирийской границы.

Российское руководство вынуждено лавировать, чтобы сохранять баланс интересов в Сирии своих региональных партнеров в лице Асада, Эрдогана и иранских аятолл. Сирийский народ по-прежнему остается заложником военно-политических игр иностранных государств. Значительная часть сирийцев оказалась в лагерях беженцев за рубежом и перемещенных лиц внутри страны (около 10 млн), другие - проживают на неподконтрольных Дамаску территориях (7-8 млн), погибло свыше 500 тысяч, стали инвалидами и умерли от болезней около 2 млн.

Ожидать, что Турция или Иран будут способствовать мирному решению сирийского конфликта, не приходится. Эти региональные хищники рвут Сирию на куски, а Тегеран еще и пытается использовать ее территорию как плацдарм для прокси-войны с Израилем. Также мало надежд на то, что администрация Байдена пойдет на вывод американских войск из Заевфратья.

 В отличие от Афганистана, где по мнению Белого дома уже нет угрозы национальным интересам США, более того, новая власть в лице движения Талибан (запрещено в РФ) довольно тесно сотрудничает с региональным союзником Вашингтона в лице Пакистана, уход ВС США из Сирии может усилить позиции Ирана не только в этой стране, но и в регионе. Так называемая «шиитская дуга» или «шиитский полумесяц» нависнет над всем Ближним Востоком. Региональные союзники США (Израиль, Иордания и монархии Персидского залива) не скрывают своей заинтересованности в сохранении американского военного присутствия на северо-востоке САР.