В начале года глобальный рынок нефти всколыхнуло громкое событие: 3 января Вашингтон все-таки начал военную операцию против Венесуэлы («Абсолютная решимость» Operation Absolute Resolve), готовившуюся несколько месяцев, и в течение которых западные таблоиды гадали, когда лидер США Дональд Трамп даст «отмашку» атаковать Каракас.

После массированных ракетно-бомбовых ударов по объектам на территории республики с вертолетов была организована высадка группы спецназначения «Дельта» (по данным телеканал CBS), которая захватила в резиденции в Каракасе президента Венесуэлы Николаса Мадуро вместе с его женой Силией Флорес и доставила их на борт авианосца. Теперь их судят в Нью-Йорке, обвиняя в тяжких преступлениях (наркотерроризм, незаконный оборот оружия, ущемление свобод граждан и пр.).

Белому дому был нужен обстоятельный правовой предлог для оправдания вмешательства, поэтому Генпрокуратурой США обнародовано объемное обвинительное заключение на 25 листах. Мадуро и его жена заявили в суде о своей невиновности. Следующее заседание назначено на 17 марта. Очевидно, что обвинения США против Николаса Мадуро в «наркотерроризме» создают правовой предлог для вмешательства, а суд над ним — символ давления.

Операции предшествовали несколько месяцев напряженности, в ходе которых американские военные наносили удары по выходящим из Венесуэлы катерам, на которых, по заявлениям Белого дома, перевозились наркотики; а во второй половине декабря 2025 года морская «блокада» была ужесточена — последовали перехваты идущих из Венесуэлы нефтяных танкеров, причем данный режим не снят и по сей день.

Пропагандируемым поводом для свержения властями США режима Николаса Мадуро стали обвинения в его адрес на предмет участия в наркобизнесе и якобы «удушении» демократии. Но, пожалуй, главная причина захвата венесуэльского президента — в игнорировании призывов Вашингтона вернуть американским компаниям нефтяные активы, которые в 2007 году были национализированы тогдашним лидером Венесуэлы Уго Чавесом.   

Тема будущего Венесуэлы — страны-лидера по запасам «черного золота» в мире — весьма значима с точки зрения усиления ожидания вероятных перемен в нефтедобывающей индустрии в целом. Сейчас глобальные отраслевые игроки оценивают бизнес-возможности, которые могут появиться в республике, где сосредоточено около 20 процентов запасов мировой нефти. 

По данным издания The Wall Street Journal, Дональд Трамп за несколько недель до операции по захвату венесуэльского лидера Николаса Мадуро уведомил глав ряда американских нефтяных концернов, что Венесуэлу ждут большие перемены.  Республиканец передал руководству некоторых корпораций «туманное, но заманчивое» послание, в котором призвал их «приготовиться», уточняла газета.

 Источники Reuters и Politico сообщали, что представители Белого дома  предупреждали компании о необходимости инвестировать серьезные средства для восстановления нефтяной отрасли, если они хотят получить компенсацию за некогда потерянные активы.

3 января, в день атаки на Венесуэлу, Дональд Трапм заявил на брифинге, что США собираются «извлечь из-под земли огромное количество богатств». На следующий день в разговоре с журналистами Трамп признал, что предупредил американские нефтекомпании о предстоящей операции и позже обсуждал с ними этот вопрос: «Они хотят прийти туда, они отлично поработают на благо народа Венесуэлы, и они будут достойно представлять наши интересы». Позднее в интервью NBC президент заявил, что США могут субсидировать участие нефтекомпаний в восстановлении энергетической инфраструктуры Венесуэлы, на что понадобится около 18 месяцев и «солидные затраты».

Сейчас единственной крупной нефтяной компанией США, работающей в Венесуэле, является Chevron. По данным WSJ, у этой энергетической группы нет планов значительно увеличивать расходы или наращивать производство пока не стабилизируется политическая ситуация в стране и не будут урегулированы коммерческие вопросы. Кроме того, нефтяной гигант никогда не выступал за смену режима в Венесуэле. Две другие крупные компании — ConocoPhillips и ExxonMobil — не заявляли о планах по возвращению в страну, власти которой национализировали их активы еще в годы правления Уго Чавеса.

Правительство Венесуэлы оценивает запасы нефти в стране примерно в 300 млрд баррелей. Эта цифра абстрактная и требует независимого аудита, но сам порядок запасов под сомнение экспертами не ставится — они внушительные. Страна на первом месте в мире по этому показателю, в том числе согласно данным ОПЕК. Важней другой показатель — уровень суточной добычи, который сейчас составляет около 1 млн баррелей, это составляет менее 1% от мирового суточного потребления нефти. В то время как на пике страна добывала до 3,5 млн б/с. 

При этом в игре не только американские нефтегазовые мейджоры (Chevron, Exxon и Conoco, которые, в общем-то, не горят энтузиазмом вкладываться в месторождения Венесуэлы), но и международные трейдинговые структуры. Скажем, по данным агентства Bloomberg, Trafigura Groupи ряд прочих нефтетрейдеров намечают переговоры с властями США на предмет алгоритмов по возобновлению закупки нефти у Венесуэлы и поставки нефтепродуктов в республику после отстранения Николаса Мадуро от власти.

Впрочем, ожидать быстрого восстановления нефтяной промышленности Венесуэлы, несмотря на заверения Белого дома сделать это, вряд ли стоит. За годы американских санкций республиканская нефтедобывающая инфраструктура серьезно деградировала, многие месторождения законсервированы или заброшены. Такая ситуация не гарантирует потенциальным инвесторам скорую отдачу, сохраняя их интерес относительно посредственным.

В наступившем году может начаться фаза восстановления, но заметно нарастить предложение венесуэльской нефти не удастся, учитывая масштабы отраслевой разрухи. Амбициозные планы по возвращению страны к целевой (желаемой) планке ежесуточной добычи в 3 млн баррелей (в 2025 году национальная добыча составляла около 1,1 млн б/с) займет годы (5-10 лет) и потребует десятки миллиардов долларов вложений.

Нужно учитывать и специфику венесуэльской нефти (основные запасы которой сосредоточены в бассейне реки Ориноко) — она классифицируется как сверхвязкая. Экспорт такого сырья требует строительства спецустановок (сепараторов и апгрейдеров), а также закупок либо сверхлегкой нефти, либо нафты для разжижения «местных» баррелей. Себестоимость добычи такой нефти может доходить до $40 за баррель. При текущей биржевой цене нефти марки Brent на уровне $60 за баррель и низком спросе на сырье местное производство не всегда может быть на приемлемом уровне рентабельности.

Кроме того, не совсем ясно, как и кем будет продолжать управляться страна. Вроде бы лидер США Дональд Трамп утвердил пул чиновников с миссией временного внешнего надзора над руководством республики. Тем временем ситуация в стране остается относительно спокойной и контролируемой. Власть после похищения Николаса Мадуро официально перешла к вице-президенту Делси Родригес. При этом Трамп намекнул, что он пока готов с ней коммуницировать и не требовать передачи власти лидеру оппозиции Марии Корине Мачадо.

По сути же, Вашингтон на примере Каракаса реализует сценарий «колонизация 2.0». В частности, даже итальянское издание Il Fatto Quotidiano отметило, что действия США в Венесуэле напоминают колонизацию, назвав произошедшее оккупацией республики. Итальянский ежедневник предвидит, что, вероятно, это не последняя цель Белого дома.