Большинство граждан России вспоминают про Центральную Азию (ЦА), когда в различных ситуациях, зачастую не самых благоприятных, сталкиваются с выходцами из этого региона. На самом же деле это стратегически важный для нашей страны регион, за влияние на который с Россией сейчас борются Китай, Турция, США и Евросоюз. Могут ли они потеснить там Москву попробуем разобраться в этом вопросе.

Действительно, в последнее время ЦА оказалась в центре дипломатической активности. Только в прошлом году с лидерами республик саммиты в формате «С5+1» провели Россия, Китай, США, Германия, Италия, Евросоюз, Япония, а Южная Корея анонсировала проведение аналогичной встречи в этом году.  Традиционно большую активность в регионе проявляет Турция, которая близка для государств ЦА по языку и культуре. На фоне такого всплеска внимания к региону со стороны Запада зарубежные СМИ начали пестрить заголовками о смене парадигмы в ЦА и попытках бывших советских республик выйти за рамки якобы зависимости от России, влияние которой в регионе будто бы снижается.

Вне всякого сомнения, что возросшая в минувшем году динамика активности стран Запада в регионе свидетельствует об усиливающемся интересе к ЦА как самостоятельному региональному партнеру. Однако, безусловно, на сегодня лидерами по влиянию в центральноазиатском регионе являются все же Россия и Китай. И если Москва в большей степени лидирует в ЦА в сфере политики и безопасности, то Пекин делает очевидный упор на экономическое сотрудничество со странами региона. По этой причине России и КНР не могут нравиться попытки других стран усилить свое влияние в ЦА, отодвинув их на второй план. А такие планы ныне вынашивают и открыто о них заявляют в Вашингтоне, Брюсселе и Анкаре.

Однако очевидным является тот факт, что именно Россия является старым, проверенным, надежным и естественным партнером стран ЦА практически во всех отраслях – от экономики до науки и культуры. А что же Запад может реально предложить центральноазиатским государствам? Наращиванием объемов торговли? Но основные партнеры стран ЦА – это Россия, Китай и государства СНГ. Да и логистика в регионе такова, что республикам ЦА выгоднее, удобнее и привычнее торговать со своими традиционными партнерами – Москвой и Пекином.

Вместе с тем было бы наивным полагать, что страны ЦА навечно обречены пребывать в геополитической зависимости от России и Китая, обладающими там монопольным влиянием, а регион в целом находится на периферии внимания Запада. Достаточно сказать, что практически весь нефтегазовый комплекс в регионе связан с западными компаниями. То же самое касается и финансовых институтов центральноазиатских государств.

Примечательно, что США и Евросоюз в целом имеют схожие подходы к сотрудничеству со странами ЦА: они для них являются в первую очередь ресурсной базой, а во вторую – полигоном для реализации собственных политических программ. Например, у ЕС имеется проект Global Gateway, в котором для ЦА прописаны ключевые аспекты взаимодействия с упором на зеленую энергетику, цифровизацию, разработку природных ресурсов, развитие Транскаспийского международного транспортного маршрута (ТМТМ или Срединный коридор)– транспортной артерии, которая, минуя Россию, может позволить доставлять товары из Китая через ЦА, Кавказ и Турцию в Европу.

Да, это несколько колониальный подход, потому что западные партнеры очень утилитарно оценивают ресурсный потенциал ЦА и пытаются максимально его использовать в своих целях. Правда, взамен этого США, страны Евросоюза, Япония и Южная Корея готовы предложить республикам ЦА новейшие технологии и инвестиции, в которых так нуждаются государства данного региона. Но это, пожалуй, и все. Пока же заявления стран Запада о готовности расширять и углублять партнерство с республиками ЦА, по большому счету, так и остаются словами, не подкрепленными в целом конкретными делами. Исключение составляет лишь Камбаратинская ГЭС-1 в Кыргызстане, в строительство которой ЕС вложил €1 млрд. 

В этой связи внешняя активность Вашингтона, Брюсселя, Токио и Сеула в отношении республик ЦА совсем не говорит о снижении влияния России в регионе. И как считают некоторые региональные эксперты, в частности, Равшан Назаров из Узбекистана, зачастую западные СМИ и аналитики, пропагандирующие данное видение, выдают желаемое за действительное. Реальность же такова, что страны ЦА исторически и географически самым тесным образом связаны именно с Россией, которая была и остается главным внешним партнером республик в сферах безопасности и торговли.

Помимо торговли, объем которой в 2025 году между Россией и странами ЦА превысил $45 млрд, наиболее перспективными направлениями сотрудничества являются энергетика, логистика и цифровизация. Так, достаточно вспомнить, что в октябре 2023 года произошло одно из ключевых событий в сфере энергетики для региона – был дан старт поставкам российского газа в Узбекистан и Казахстан. «Узбекистан получит дополнительный источник энергоснабжения, позволяющий гарантировать бесперебойную подачу тепла и электричества в домохозяйства и социально значимые объекты. Казахстан сможет решить вопрос газификации своих северных и восточных регионов», – объявил тогда в ходе церемонии запуска президент России Владимир Путин.

Подчеркнем, перед странами ЦА сегодня наиболее остро стоят три проблемы – человеческий капитал, вода и энергетика. Все они связаны со стремительным ростом населения. Считается, что к 2030 году в регионе будет проживать уже около 85 млн человек, а к 2050 году – 100 млн. Вопрос водоснабжения и энергетической безопасности в регионе помогают решать актуальные проекты Росатома, а также все местные инициативы в развитии гидроэнергетики.

Государства ЦА и Россия активно развивают транспортное партнерство, потенциал которого охватывает весь регион. При этом в приоритете – дальнейшие шаги по развитию международного транспортного коридора (МТК) «Север – Юг» протяженностью 7200 км между Россией, Ираном, Индией и соседними странами (всего 11, включая государства ЦА). Считается, что этот проект сможет конкурировать с Суэцким каналом за грузопотоки, и его реализация будет способствовать наращиванию торгово-экономического сотрудничества между всеми участниками проекта, в том числе России и государств ЦА. Что касается человеческого капитала, то эта проблема тесно переплетена с проблемой миграции из региона.

Необходимо отметить, что Запад, за исключением, может быть, Турции, также не способен ничего нового дать республикам региона в культурной и образовательной сферах. Причем год от года сотрудничество России и стран ЦА в сферах образования, науки и культуры только укрепляется. Хотя нельзя сбрасывать со счетов тот факт, что порой в республиках Центральной Азии возникают вопросы, связанные с русским языком. Равно как и проблемы с мигрантами из ЦА в нашей стране, для решения которых самое главное – радикально изменить миграционную политику в отношении выходцев из этого региона. Это очень токсичная тема, которая влияет как на россиян, так и на тех, кто к нам оттуда приезжает, и формирует общественное мнение в этих странах. Именно от этого во многом будет зависеть будущее отношений России со странами ЦА. Похоже, это хорошо понимают в Москве и стараются выстраивать правильную стратегию на данном направлении.

В заключение хотелось бы отметить, несмотря на то что центральноазиатские государства стараются диверсифицировать свои внешние связи, в регионе традиционно сильны пророссийские настроения. Но необходимо понимать и то, что вся многополярность политики республик ЦА – поиск наиболее выгодного экономического предложения. Следует также помнить, что в республиках Центральной Азии уже сформировалось молодое поколение элиты, получившее западное образование, которое на Россию смотрит подчас скептически и без особых надежд.

Поэтому тут, пожалуй, необходимо следовать двум направлениям – начинать с себя, то есть делать Россию привлекательным и ведущим государством. А также не забывать, на чьей стороне есть возможности и сила, транслировать их с той же прагматичностью, что делают и те, кто находятся в их поиске.