Политика экспансии, которой следует на Ближнем Востоке Израиль, переросла из вопроса региональной безопасности в глобальную проблему, заявил по итогам Антальского дипломатического форума министр иностранных дел Турции Хакан Фидан: «Проблема израильского экспансионизма стала теперь не только вопросом безопасности для региона, но и для всего мира. Всем известно, что основная цель Израиля остается неизменной – это депопуляция Газы, будь то путем убийств или перемещения ее населения».

Разумеется, масла в огонь добавили и массированные обстрелы силами ЦАХАЛ южных районов Ливана под предлогом противодействия шиитской военно-политической организации Хизбалла», а также непримиримая позиция режима Нетаньяху в «иранском вопросе». Более того, некоторые политики, такие, как бывший премьер-министр Нафтали Беннет, прямо заявляют, что в Западном Иерусалиме не должны «закрывать глаза» на Турцию, представляющую якобы не меньшую угрозу для Израиля, чем «режим аятолл». По словам политика, «Турция вместе с Катаром усилила свое влияние в Сирии и стремится распространить его на другие страны региона», а президент Реджеп Эрдоган – «хитроумный и опасный» лидер, стремящийся окружить Израиль.

Разумеется, в Анкаре внимательно отслеживают проявления «израильского экспансионизма» и реагируют отнюдь не только на символическом уровне. Недавно глава турецкой дипломатии сменил свой аватар в одной из популярных социальных сетей на карту мира, в центре которой выделяется Турция, затмевая другие страны Ближнего Востока и даже Африки.

Некоторые наблюдатели увидели в этом изображении отражение экспансионистских устремлений Турции и ностальгии по Османской империи. Но помимо символизма, имеются и другие признаки усиления роли Турции на Ближнем Востоке, особенно на фоне американо-иранской агрессии против Ирана. Неявное, а порою и явное турецко-израильское соперничество отражается и в процессе формирования региональных альянсов на Ближнем Востоке, в Восточном Средиземноморье и вплоть до Южной Азии. Так, правительство Нетаньяху активно развивает связи с Грецией, Республикой Кипр Объединёнными Арабскими Эмиратами и с Индией, в то время как Анкара укрепляет сотрудничество с властями А. Дбейбы в Триполи на западе Ливии и координирует внешнеполитические шаги с Египтом, Саудовской Аравией и Пакистаном.

Мусульманские страны региона обеспокоены растущим военным союзом между Израилем, Грецией и Кипром, заявил Фидан в ходе Анталийского форума: «Никто не давал нам гарантий, что эта инициатива не направлена против нас ни до, ни после ее создания». Интересно, что даже греков-киприотов беспокоят утечки из Тель-Авива о создании совместной бригады, в которую якобы войдут по 1000 военнослужащих из Израиля и Греции и 500 с Кипра.

На Африканском Роге израильтяне и турки также поддерживают прямо противостоящие друг другу силы – полупризнанный Сомалилэнд и правительство в Могадишо соответственно. Немаловажно и недавнее признание Фидана в том, что его стране придётся вступить в гонку ядерных вооружений, если на Ближнем Востоке у кого-либо появится ядерное оружие: «Этот вопрос нужно рассматривать в контексте общей стратегической ситуации. Честно говоря, мы не хотим видеть в регионе драматические изменения, которые могут нарушить текущий баланс сил. Так, страны, имеющие проблемные вопросы с Ираном, начнут стремиться к обладанию ядерным оружием. И нам, видимо, придётся присоединиться к этой гонке». Намёк на еврейское государство здесь вполне очевиден.

Надо полагать, что политики и военные внимательно изучают продолжающийся вооружённый конфликт на Ближнем Востоке, уделяя особое внимание ракетной программе, демонстрирующей высокую эффективность в противостоянии агрессору. В Сирии в последние месяцы турецкие власти значительно усилили свои позиции, добившись ликвидации тяготевшей к США и Израилю курдской администрации на восточном берегу Евфрата. На фоне заметного ослабления под ударами ЦАХАЛ группировок ХАМАС и Хизбалла, турецкие инструкторы укрепляют «новую сирийскую армию», пытаясь политико-дипломатическими и иными методами срывать региональные планы Израиля. Высказывается предположение, что турецкое руководство могло повлиять на администрацию Трампа в пользу отказа от радикальных планов по стимулированию отвечающей намерениям Израиля дезинтеграции Ирана, способной нанести серьёзный ущерб национальной безопасности Турции.

Наконец, в большой политике нельзя сбрасывать со счетов и личностный фактор. Не секрет, что премьер-министр Биньямин Нетаньяху и президент Эрдоган испытывают обоюдную острую личную неприязнь друг другу, что негативно сказывается и на контактах более низкого уровня. Как известно, в 2010 году, после инцидента с направлявшимся к берегам Газы судном Mavi Marmara в восточной части Средиземного моря, в результате которого погибли люди, Эрдоган настаивал на военном ответе Израилю, столкнувшись, однако, с сопротивлением со стороны высокопоставленных военных.

 Впрочем, в результате последовавших событий роль армии в турецких внутри- и внешнеполитических раскладах была заметно скорректирована. Не последнюю роль в масштабной чистке вооружённых сил, отнюдь не первой в новейшей истории страны, сыграл скончавшийся в 2024 г. Аднан Танрыверди, тогдашний главный военный советник президента Эрдогана и последовательный противник Израиля, выступавший за создание «мусульманского НАТО» (данная тема вовсе не утратила актуальности).

11 апреля Нетаньяху обвинил своего турецкого визави в том, что тот «убивает собственных граждан-курдов», «потворствует террористическому режиму Ирана и его ставленникам» и подрывает региональную стабильность. Понятное дело, «султан» в долгу не остался, выступая 15 апреля в парламенте: «Я ещё раз напоминаю тем убийцам детей, которые оскорбляют меня и мою страну в социальных сетях, о некоторых фактах: Турецкая Республика – не обычное государство. Ни одна держава не может тыкать пальцем в Турцию или в президента Турции».

Около двух лет назад, одновременно с окончательным разрывом торговых связей с Израилем в мае 2024 года, Эрдоган подписал указ о новом Положении о мобилизации и военном положении (Seferberlik ve Savaş Hâli Yönetmeliği), предоставляющий правительству широкие полномочия по мобилизации всей гражданской, экономической и институциональной инфраструктуры Турции на случай потенциальных конфликтов. Новая система призвана обеспечить быстрый переход страны от мирного положения к военному, причем даже в отсутствие официального объявления войны.

 В документе идёт речь о доктрине «всеобщей национальной обороны», предполагающей реквизицию объектов движимого и недвижимого имущества у физических и юридических лиц в случае наступления часа «X». Гражданские учреждения могут быть прямо подчинены структурам военного командования. Глава государства получил право объявлять полную или частичную мобилизацию, определять географический охват таких мер и решать, какие отрасли и учреждения будут затронуты. Хотя решения о мобилизации должны быть одобрены парламентом, закон позволяет немедленно вводить их в действие по указу президента и т.д.

Можно предположить, что Израиль и Турция и далее будут идти по пути политико-дипломатической конфронтации, стремясь при этом поддерживать имеющиеся между ними каналы обмена информацией. В 2025 г. было точно известно о двух встречах делегаций Израиля и Турции по вопросам политики и безопасности, прошедших в Азербайджане, однако с тех пор о двусторонних контактах (на берегах Каспия или где-то ещё) ничего не известно, что не способствует снижению уровня эскалации в двусторонних отношениях.