США, Израиль и Иран находятся на пороге выбора между дипломатией и конфронтацией. Недавно в Маскате и Женеве прошли непрямые переговоры между Ираном и США, которые возобновили дипломатический диалог. Однако угроза военного конфликта всё ещё остаётся. Вашингтон предупреждает о жёстких мерах в случае, если переговоры не увенчаются успехом. 

Израиль заявляет о готовности действовать самостоятельно, чтобы предотвратить ядерные и ракетные разработки Ирана. Одновременно он оказывает давление на администрацию Трампа, чтобы выработать выгодные для себя условия возможного будущего соглашения. Тегеран хочет сосредоточиться только на ядерной теме, в то время как США и Израиль настаивают на более широких ограничениях, касающихся баллистических ракет и региональных сетей посредников. 

По итогам переговоров Иран сообщил о согласовании «руководящих принципов» соглашения, направленного на предотвращение конфликта. Однако вице-президент США Джей Ди Вэнс подчеркнул, что Тегеран пока не признал все «красные линии» Вашингтона. Сохраняющиеся разногласия затрудняют дипломатический процесс, без которого избежать новой войны будет сложно. 

Трамп использует нестандартный подход к дипломатии, обходясь без участия профессиональных дипломатов. В ирано-американских переговорах ведущую роль играют его приближённые: деловой партнёр Стив Уиткофф и зять Джаред Кушнер. Трамп настаивает, что Госдепартамент и Совет национальной безопасности, которые почти 80 лет решали глобальные кризисы, должны не вмешиваться в диалог с Ираном. Кушнер заметил по этому поводу, что их с Уиткоффом дипломатический подход строится на принципах «бизнеса», где важно «понимать людей». 

При этом Трамп помогает их дипломатическим усилиям, угрожая скорыми военными действиями в случае отсутствия прогресса. Война между США и Ираном возможна в любой момент, предупреждают израильские источники после переговоров по ядерной программе в Женеве. Бывший глава военной разведки Армии обороны Израиля Амос Ядлин считает, что конфликт может вспыхнуть в ближайшее время. 

В США думают также. Президент Дональд Трамп теряет терпение, сообщил один из его советников. «Некоторые из окружения пытаются отговорить его от войны с Ираном, но я уверен, что с вероятностью около 90% в ближайшие недели мы увидим активные действия», — добавил он. В этот же день во время пресс-конференции Кэролайн Левитт, пресс-секретарь Белого дома, не ответила на вопрос о том, сколько времени Трамп готов дать Ирану на заключение сделки перед возможным применением военной силы. 

О какой сделке говорит Трамп? О капитуляции Ирана. Администрация Трампа добивается значительного успеха: Иран отказывается от ядерной программы, вывозит весь обогащённый уран, прекращает его производство, сокращает запасы баллистических ракет большой дальности и разрывает связи с прокси-группами, такими как ливанская «Хезболла», иракские шиитские ополченцы, ХАМАС, палестинский «Исламский джихад» и хуситы, которых он поддерживал десятилетиями. 

Если это звучит знакомо, то не случайно. Весной прошлого года Белый дом был против любых соглашений по ядерной программе Ирана, включая те, что предполагали ограниченное обогащение урана. Иран настойчиво отстаивал свою позицию, а Трамп, устав от переговоров, в итоге поддержал 12-дневную войну Израиля. 

На этот раз, вероятно, это будет совместная американо-израильская операция, которая превзойдёт по масштабам 12-дневную войну в июне прошлого года. Она может начаться раньше, чем многие предполагают, и будет гораздо более масштабной, чем ожидают. Агентство Reuters сообщило, что на встрече в ситуационном центре Белого дома 18 февраля советники по национальной безопасности США узнали о необходимости привести все вооружённые силы региона в полную боевую готовность к середине марта. 

Президент Трамп не санкционировал военные действия в Иране, но в последние недели Соединённые Штаты усилили своё присутствие в регионе. Теперь они направляют туда ещё больше огневой мощи. Авианосная группа «Авраам Линкольн» с флотилией военных кораблей уже находится в регионе. Вторая авианосная группа, «Джеральд Форд», движется на Ближний Восток. По данным отслеживания морских судов 18 февраля этот авианосец находился у берегов Западной Африки. 

В Израиле также ведётся подготовка к возможному нанесению совместных ударов с США. Такая связь между США и Израилем может превратить локальный удар в полномасштабную региональную войну. Израильские СМИ уже подтвердили присутствие американских эсминцев в южном порту Эйлат, что свидетельствует о тесной координации действий. Тегеран считает это доказательством того, что угрозы Вашингтона служат стратегическим интересам Тель-Авива в большей степени, чем реальным потребностям в сфере национальной безопасности Америки. 

Иранские власти продолжают посылать неоднозначные, но ясные сигналы: они готовы к диалогу, но не отказываются и от защиты своих интересов. Министр иностранных дел Ирана Аббас Арагчи заявил, что Иран никогда не откажется от дипломатии. Однако он подчеркнул, что переговоры должны базироваться на справедливости и законности, а не на давлении. Он подчеркнул, что право на ядерные технологии «не зависит от политических соображений и не может быть произвольно приостановлено или переосмыслено». 

Пожалуй, самая заметная черта нынешнего кризиса — это единодушное осуждение войны в мусульманском мире. В первый раз соперничающие государства объединились, призвав к сдержанности и дипломатии. Саудовская Аравия и Объединённые Арабские Эмираты заявили, что не предоставят своего воздушного пространства для ударов по Ирану. Катар и Оман выступают посредниками в восстановлении дипломатических связей между Тегераном и Вашингтоном. Пакистан выразил глубокую обеспокоенность и призвал к миру, предупредив, что война дестабилизирует регион и обострит экономические проблемы. Все эти позиции отражают общий консенсус мусульманских стран: новой войны в Персидском заливе необходимо избежать любой ценой. Это также серьёзно ограничивает возможности США для размещения ударных группировок и военной логистики. 

Китай и Россия, как и мусульманский мир, выступают за мирное разрешение кризиса. Пекин осудил односторонние военные действия, призвав к диалогу на основе международного права. Китай, зависящий от поставок нефти из Персидского залива и участвующий в проекте «Один пояс — один путь» с Ираном и Саудовской Аравией, стремится к сдержанности. Москва тоже поддерживает дипломатический подход, предупреждая Вашингтон о последствиях агрессии против Ирана. Обе страны могут использовать своё влияние в Совете Безопасности ООН и двусторонних отношениях, чтобы замедлить нарастание конфликта. 

Мировая экономика чутко реагирует на события на Ближнем Востоке. Ормузский пролив, через который каждый день проходит почти 20% мировой нефти, остаётся критически значимым. Любые действия Ирана, которые могут перекрыть этот маршрут или создать препятствия, вызовут резкий рост цен на нефть по всему миру. На это уже отреагировали энергетические рынки: цена на нефть марки Brent превысила 92 доллара за баррель, достигнув максимума с середины 2025 года. Страховые тарифы для танкеров в Персидском заливе удвоились. Судоходные компании разрабатывают альтернативные маршруты, чтобы избежать рисков. 

Мир снова на грани войны, которую ещё можно предотвратить. США и Израиль надеются, что давление заставит Тегеран изменить свою политику. Однако Иран, переживший годы санкций, видит в защите своей независимости и безопасности главный приоритет. Это создаёт напряжённую ситуацию, где один неверный шаг может привести к катастрофе для всего региона.